Неточные совпадения
В пекарне началось оживление, кудрявый Алеша и остролицый, худенький подросток Фома налаживали в приямке два самовара, выгребали угли из печи, в углу гремели эмалированные кружки, лысый старик резал каравай хлеба равновесными ломтями, вытирали стол, двигали скамейки, по асфальту пола звучно шлепали босые подошвы,
с печки слезли два человека в розовых рубахах, без поясов, одинаково растрепанные,
одновременно и как будто одними и теми же движениями надели сапоги, полушубки и — ушли в дверь на двор.
Когда Самгин протер запотевшие очки, он увидел в классной, среди беспорядочно сдвинутых парт, множество людей, они сидели и стояли на партах, на полу, сидели на подоконниках, несколько десятков голосов кричало
одновременно, и все голоса покрывала истерическая речь лысоватого человека
с лицом обезьяны.
Она могла
одновременно шить, читать, грызть любимые ею толстые «филипповские» сухари
с миндалем и задумчиво ставить Климу различные не очень затейливые вопросы...
Его лицо, слепленное из мелких черточек и густо покрытое черным волосом, его быстро бегающие глаза и судорожные движения тела придавали ему сходство
с обезьяной «мартышкой», а говорил он так, как будто
одновременно веровал, сомневался, испытывал страх, обжигающий его.
Мальчишка в одной рубашонке пробегал мимо нее и приговаривал всё одно и то же: «ишь, не поймала!» Старушка эта, обвинявшаяся вместе
с сыном в поджоге, переносила свое заключение
с величайшим добродушием, сокрушаясь только о сыне, сидевшем
с ней
одновременно в остроге, но более всего о своем старике, который, она боялась, совсем без нее завшивеет, так как невестка ушла, и его обмывать некому.
Однажды сидел там старик, бывший миллионер Плотицын.
Одновременно там же содержалась какая-то купчиха, пожилая женщина,
с такой скорбью в глазах, что положительно было жаль смотреть.
В такой же колеснице стоял на Большом театре другой «кучер» —
с лирой в руках — Аполлон. Обе группы были очень однотипны, потому что как ворота, так и Большой театр архитектор Бове строил
одновременно, в двадцатых годах прошлого столетия.
Эта проблема вполне аналогична проблеме Эккегарта (знакомство
с которым определенно чувствуется в соответствующих учениях Беме) [Schwarz (1.
с., 553) даже называет Беме, конечно, преувеличенно, «ein Neuschöpfer und geistiger Vollender der Gedanken Eckeharts»127.], именно о возникновении в первоначальном, чистом Ничто
одновременно и Бога и мира, или о теологическом «reiner Ursprung» [Чистое первоначало (или первоисточник) (нем.) — одно из основных понятий в философии Г. Когена, обозначающее тот или иной исходный элемент, на основе которого формируется все достояние мышления.
Но поставляя рядом
с Собой мир вне-Божественный, Божество тем самым полагает между Собою и миром некую грань, и эта грань, которая по самому понятию своему находится между Богом и миром, Творцом и тварью, сама не есть ни то, ни другое, а нечто совершенно особое,
одновременно соединяющее и разъединяющее то и другое (некое μεταξύ [Букв.: между, находящийся в промежутке (греч.).
В душе человеческой появляется сознание неабсолютности и внебожественности, а следовательно, относительности и греховности своего бытия, но
одновременно зарождается и стремление освободиться от «мира», преодолеть его в Боге; другими словами, вместе
с религиозным самосознанием в человеке родится и чувство зла, вины, греха, отторженности от Бога, а равно и потребность спасения и искупления.
(Известную аналогию можно сему найти в народном творчестве,
одновременно личном и соборном, причем творческие индивидуальности не растворяются и не тонут, но как-то органически срастаются
с безымянным целым.)
И таким образом создается то соблазнительное раздвоение в жизни поэта, благодаря которому он есть
одновременно и вестник горнего мира, и «презреннейшее дитя мира» [Булгаков перефразирует слова А.
С. Пушкина из стихотворения «Поэт» (1827):].
Мир идей у Платона образует самостоятельную софийную фотосферу,
одновременно и закрывающую и открывающую то, что за и над этой сферой — само Божество; идеи у Платона остаются в неустроенной и неорганизованной множественности, так что и относительно верховной идеи блага, идеи идей, не устранена двусмысленность, есть ли она Идея в собственном и единственном смысле или же одна из многих идей, хотя бы и наивысшая (особое место в этом вопросе занимает, конечно, только «Тимей»
с его учением о Демиурге [«Демиург» по-греч. означает «мастер», «ремесленник», «строитель»; у Платона — «Творец», «Бог».
Это наступает вместе
с той религиозной зрячестью, какая приходит в мир
с воплощением Слова. «Великий Пан» умер, но
одновременно народился новый, преображенный Пан.
Потому все о нем
одновременно и высказывается (κατηγορείται), и Он есть ничто (ουδέν) из всего…» (De d. п., V, 8,
с.
Замечательно, что, как только притупляется специфическое чувство тварности, или созданности из ничего, и тем самым мир сливается
с Абсолютным, становясь его модусом или ипостасью, — он
одновременно делается призрачным, лишается самобытности, и пантеизм (или космотеизм) наказуется акосмизмом.
Тот, кто чтит пол («вечно женское», а тем самым
одновременно и вечно мужское), не может мириться
с половым нигилизмом, который скрывается иногда под личиной равенства полов, в действительности не равных, но глубоко различных.
Шорох повторился, но на этот раз
с обеих сторон
одновременно. Ветер шумел вверху по деревьям и мешал слушать. Порой мне казалось, что я как будто действительно слышу треск сучков и вижу даже самого зверя, но вскоре убеждался, что это совсем не то: это был или колодник, или молодой ельник.
Чиновник, уходящий в отставку, требует себе прогонов обыкновенно до Петропавловска по зимнему времени — 13 тысяч верст или до Холмогорского уезда — 11 тысяч верст;
одновременно, подавая прошение об отставке, он посылает в главное тюремное управление телеграмму
с просьбой о бесплатном проезде со всею семьей до Одессы на пароходе Добровольного флота.
В таких разговорах проходит до половины девятого. Наконец мужчины начинают посматривать на часы, и между присутствующими происходит движение. Все
одновременно снимаются
с мест и прощаются.
Тамара
с голыми белыми руками и обнаженной шеей, обвитой ниткой искусственного жемчуга, толстая Катька
с мясистым четырехугольным лицом и низким лбом — она тоже декольтирована, но кожа у нее красная и в пупырышках; новенькая Нина, курносая и неуклюжая, в платье цвета зеленого попугая; другая Манька — Манька Большая или Манька Крокодил, как ее называют, и — последней — Сонька Руль, еврейка,
с некрасивым темным лицом и чрезвычайно большим носом, за который она и получила свою кличку, но
с такими прекрасными большими глазами,
одновременно кроткими и печальными, горящими и влажными, какие среди женщин всего земного шара бывают только у евреек.
А таких постоянных гостей у Паши пропасть; многие совершенно искренно, хотя и по-скотски, влюблены в нее, и даже не так давно двое почти
одновременно звали ее на содержание: грузин — приказчик из магазина кахетинских вин — и какой-то железнодорожный агент, очень гордый и очень бедный дворянин высокого роста,
с махровыми манжетами,
с глазом, замененным черным кружком на резинке.
Получив отрицательный ответ, он всадил доктору в живот большой кухонный нож. Врач упал
с распоротым животом;
одновременно упал и убийца-больной, у которого хлынула кровь горлом. Оба были тотчас подняты и свезены в одну и ту же больницу, там оба они и умерли.
Помнилось ему еще, как на одном крутом повороте сани так накренились на правый бок, точно ехали на одном полозе, а потом так тяжко ухнули на оба полоза, перевалившись на другой бок, что все юнкера
одновременно подскочили и крякнули. Не забыл Александров и того, как он в одну из секунд бешеной скачки взглянул на небо и увидел чистую, синевато-серебряную луну и подумал
с сочувствием: «Как ей, должно быть, холодно и как скучно бродить там в высоте, точно она старая больная вдова; и такая одинокая».
Нынешний Порфирий был всегда приветлив, весел, учтив, расторопен и готов на услугу.
С удовольствием любил он вспомнить о том, что в лагерях, на Ходынке, его Перновский полк стоял неподалеку от батальона Александровских юнкеров, и о том, как во время зори
с церемонией взвивалась ракета и оркестры всех частей играли
одновременно «Коль славен», а потом весь гарнизон пел «Отче наш».
Но больше всего было натаскивания и возни
с тонким искусством отдания чести. Учились
одновременно и во всех длинных коридорах и в бальном (сборном) зале, где стояли портреты выше человеческого роста императора Николая I и Александра II и были врезаны в мраморные доски золотыми буквами имена и фамилии юнкеров, окончивших училище
с полными двенадцатью баллами по всем предметам.
Александров сбрасывает
с себя шинель и шумно сбегает вниз. Они берутся за руки и плывут по длинному катку,
одновременно набирая инерцию короткими и сильными толчками. Александров
с восторгом чувствует в ней отличную конькобежицу.
Все двести юнкеров, как один человек,
одновременно легко и мощно печатают свои шаги
с математической точностью и безупречной правильностью. В этом почти выше чем человеческом движении есть страшная сила и суровое самоотречение.
«Обо мне!» —
с ужасом подумал Ромашов, и ему показалось, что все стоящие здесь
одновременно обернулись на него. Но никто не пошевелился. Все стояли молчаливые, понурые и неподвижные, не сводя глаз
с лица генерала.
Он был меньше среднего роста, сухой, жилистый, очень сильный. Лицо его,
с покатым назад лбом, тонким горбатым носом и решительными, крепкими губами, было мужественно и красиво и еще до сих пор не утратило характерной восточной бледности —
одновременно смуглой и матовой.
Старики Углаковы
одновременно смеялись и удивлялись. Углаков, сделав
с своей дамой тур — два, наконец почти упал на одно из кресел. Сусанна Николаевна подумала, что он и тут что-нибудь шутит, но оказалось, что молодой человек был в самом деле болен, так что старики Углаковы,
с помощью даже Сусанны Николаевны, почти перетащили его на постель и уложили.
Прошла осень, прошла зима, и наступила снова весна, а вместе
с нею в описываемой мною губернии совершились важные события: губернатор был удален от должности, — впрочем, по прошению; сенаторская ревизия закончилась, и сенатор — если не в одном экипаже, то совершенно
одновременно — уехал
с m-me Клавской в Петербург, после чего прошел слух, что новым губернатором будет назначен Крапчик, которому будто бы обещал это сенатор, действительно бывший последнее время весьма благосклонен к Петру Григорьичу; но вышло совершенно противное (Егор Егорыч недаром, видно, говорил, что граф Эдлерс — старая остзейская лиса): губернатором, немедля же по возвращении сенатора в Петербург, был определен не Петр Григорьич, а дальний родственник графа Эдлерса, барон Висбах, действительный статский советник и тоже камергер.
Сусанна Николаевна, услышав это,
одновременно обрадовалась и обмерла от страха, и когда потом возник вопрос о времени отправления Лябьевых в назначенное им место жительства, то она,
с своей стороны, подала голос за скорейший отъезд их, потому что там они будут жить все-таки на свежем воздухе, а не в тюрьме.
Таким образом, в ближайшую среду все гости почти
одновременно выехали из города и направились к Синькову, где они застали как самую хозяйку, так равно и пребывавшего у нее камер-юнкера
с какими-то озлобленными физиономиями. Дело в том, что Екатерина Петровна почти окончательно рассорилась
с своим адоратером, и ссора эта началась
с нижеследующего.
Почтмейстер и почтосодержатель переглянулись между собой после того и, кажется,
одновременно подумали, что господин губернский почтмейстер, должно быть, был сильно выпивши, что отчасти подтверждалось и тем, что Аггей Никитич был красен в лице, как вареный рак; но, как бы ни было, они раскланялись
с ним и ушли.
Человек
с трудом вмещает
одновременно полноту, но не в силах привести к гармонии и всеединству заключенные в нем начала, которые могут казаться противоположными и взаимоисключающими.
—
С новым годом,
с новым счастьем и вас, ваше сиятельство, — почти
одновременно отвечали Федор Николаевич и Дарья Алексеевна.
Оба государя вступили на барки и отплыли от берега
одновременно. Наполеон стоял впереди своих сановников: Мюрата, Бертье, Дюрока и Коленкура, в мундире старой гвардии,
с лентой Почетного Легиона через плечо и в известной всему миру шляпе, скрестив руки на груди, как его и тогда уже изображали на картинках. Барки причалили к плоту
одновременно, но Наполеон успел раньше взойти на паром и сделать несколько шагов навстречу Александру.
— Уезжает, и у нас
с ней какие-то странные отношения образовались: мы совершенно
одновременно принаскучили и принадоели друг другу.
Слепой взял ее за руки
с удивлением и участием. Эта вспышка со стороны его спокойной и всегда выдержанной подруги была так неожиданна и необъяснима! Он прислушивался
одновременно к ее плачу и к тому странному отголоску, каким отзывался этот плач в его собственном сердце. Ему вспомнились давние годы. Он сидел на холме
с такою же грустью, а она плакала над ним так же, как и теперь…
В 1885 году, 1 января, выползли на свет две газетки, проползли сколько могли и погибли тоже почти
одновременно, незаметно, никому не нужные. Я помню, что эти газетки были — и только, мне было не до них. Я
с головой ушел в горячую работу в «Русских ведомостях», мешать эти газетки мне не могли, настолько они были пусты и безжизненны.
Первая встреча
с сотрудником «Московских ведомостей» и
одновременно цензором останется для меня навсегда незабвенной. На какой-то большой пирушке у Н.И. Пастухова, после обеда, за кофе
с ликерами, я сидел рядом
с сумским гусаром Н.П. Пашенным, совсем юношей, лихим наездником и лихим спортсменом, впоследствии знаменитым драматическим актером Рощиным-Инсаровым.
Редакция поместилась в бывшем магазине Лукутина, где продавались его знаменитые изделия из папье-маше.
Одновременно И.Д. Сытин выстроил в приобретенном у Н.А. Лукутина владении четырехэтажный корпус на дворе, где разместилась редакция и типография и где стало печататься «Русское слово» на новых ротационных машинах. Рядом И.Д. Сытин выстроил другой корпус, для редакции,
с подъемными машинами для своих изданий.
Во время затеи
с «Ласточкой»
одновременно я был уже редактором «Журнала спорта», который был разрешен тем же самым главным управлением по делам печати.
И из «там» (это «там»
одновременно и здесь, и бесконечно далеко) — из «там» я гляжу на себя — на него и твердо знаю: он —
с прочерченными по прямой бровями — посторонний, чужой мне, я встретился
с ним первый раз в жизни.
Я пишу это и чувствую: у меня горят щеки. Вероятно, это похоже на то, что испытывает женщина, когда впервые услышит в себе пульс нового, еще крошечного, слепого человечка. Это я и
одновременно не я. И долгие месяцы надо будет питать его своим соком, своей кровью, а потом —
с болью оторвать его от себя и положить к ногам Единого Государства.
Представление об единой церкви, основанной Христом, может удержаться только у человека, не знающего, как жили прежние люди, и никогда не встречавшегося
с людьми других исповеданий, и само собою тотчас же разрушается, как только человек узнает о том, как образовались и как теперь
одновременно существуют отрицающие одно другое церковные учреждения. Так что такой церкви, про которую говорят церковники, учреждения, основанного Христом и единого, не существует и никогда не существовало.
Обстановка магазина довольно прилична. За ясеневою конторкою стоит какая-то дама весьма привлекательной наружности,
с пенсне на носу, и вписывает что-то в конторскую книгу. Полурастворенная дверь позволяет видеть часть смежной внутренней комнаты, которая, судя по обстановке, служила кабинетом для чтения. Из этой комнаты доносилось несколько
одновременно спорящих голосов, между которыми вмешивался порою и голос женщины.
Бык, нагнувшись,
с пеной у рта, кидается на своего противника. Кажется, еще одна секунда — и тореадор у него на рогах, но в этот самый момент артист ловко отскакивает в сторону и
одновременно вонзает свою шпагу по самую рукоять между плечами несчастного животного, которое
с ревом падает к его ногам.
Когда она отвернулась, уходя
с Ботвелем, ее лицо — как я видел его профиль — стало озабоченным и недоумевающим. Они прошли, тихо говоря между собой, в дверь, где оба
одновременно обернулись взглянуть на меня; угадав это движение, я сам повернулся уйти. Я понял, как дорога мне эта, лишь теперь знакомая девушка. Она ушла, но все еще как бы была здесь.